Массовый наплыв мигрантов в Украину: правда или миф?
В последнее время в украинском обществе нарастает странная и пока непонятная мне истерия по поводу привлечения трудовых мигрантов: видео в социальных сетях с названиями «Индусы во Львове», «Наплыв индусов в Хмельницком», «Бангладешцы на Закарпатье», обсуждения этой темы в эфирах и публикациях СМИ.
Что показывает статистика мигрантов в Украину за последние годы?
Чтобы разобраться в этом вопросе, СЕО компании “Хаски” Алексей Ящук предлагает сразу перейти к статистике. Количество официально выданных разрешений на работу в Украине для иностранных работников за январь–апрель 2026 года — 3554. Три с половиной тысячи для всех иностранных работников! Да, по динамике это немного больше, чем в 2025 году, когда за весь год выдали чуть более 7 тысяч разрешений. Также это больше, чем в 2022–2024 годах, когда ежегодно выдавали от 3 до 4,7 тысяч разрешений. Но это существенно меньше, чем было до 2022 года, когда ежегодно выдавалось около 10 тысяч новых разрешений на работу для иностранцев и ещё несколько тысяч продлевались.
Теоретически можно предположить, что раньше речь шла о более квалифицированных специалистах, поскольку до 15 октября 2022 года по украинскому законодательству иностранцу нужно было платить официальную месячную зарплату в размере от 5 до 10 минимальных зарплат (в зависимости от категории), что было существенно выше средних значений по рынку. Но эту норму отменили ещё в конце 2022 года. До сих пор количество выданных новых разрешений на работу для иностранцев не приблизилось к значениям 2019–2021 годов.
Также можно предположить, что часть работников завозят нелегально, поэтому их не видно в официальной статистике. Но тогда возникает вопрос — что мешало делать это раньше? Рынок труда испытывает существенный дефицит рабочей силы минимум с 2015 года. Ситуация перед полномасштабным вторжением России была не намного лучше, чем сегодня. Так почему мы начали бояться наплыва трудовых мигрантов только сейчас?
Почему не работает сценарий массового наплыва мигрантов?
Для того, чтобы более-менее объективно оценить указанную «угрозу», давайте попробуем оценить логику принятия решений участниками процесса привлечения иностранцев на работу.
Почему иностранец должен выбрать Украину, чтобы поехать на заработки? Страна еще в 2021-м году занимала предпоследнее место в Европе по уровню средней зарплаты. После 24.02.2022 и последующей девальвации гривны Молдова нас обогнала. Теперь мы официально страна с самой низкой средней зарплатой в нашей части света.
В Украине более 12 лет идет война, 4 из которых – полномасштабная. Ни один крупный город или город с промышленными либо производственными мощностями не является безопасным. Возможно, в Украине образцовое трудовое законодательство? Или судебная система, которая защитит права иностранного гражданина? По каждому из этих пунктов Украина будет среди аутсайдеров в Европе.
А когда мы говорим о рабочей силе из далеких стран – например, из Индии, Бангладеш, Колумбии –, то сравнивать приходится не только с Европой, но и со всем миром, потому что оттуда в Украину дорога очень неблизкая. Какие еще причины у иностранцев работать в Украине, если примерно с теми же затратами усилий, времени и финансов они могут получить более высокооплачиваемую работу в других, часто более развитых социально и инфраструктурно, странах?
Если посмотреть со стороны работодателя, то именно ему нужно конкурировать за этих потенциальных иностранных работников на мировом рынке. Даже если у него опустились руки, и он не смог почему-то найти внутри страны строителей, грузчиков или уборщиков на зарплату 40-50 тысяч грн. в месяц (считаю, что с более низким предложением оплаты привлечение иностранцев маловероятно), он столкнется с рядом проблем: несколько месяцев времени с момента начала оформления документов до момента приезда работников; дополнительные финансовые затраты на получение разрешений; языковой барьер; неизвестный уровень квалификации… Скорее всего, я перечислил не все потенциальные риски. Но уже этого достаточно, чтобы отпугнуть большинство работодателей от этой идеи.
Противопоставление трудовых мигрантов и ВПЛ
Паникеры сопоставляют иностранных работников и ВПО, задавая вопрос «Почему не привлекают последних, а завозят мигрантов?».
Во-первых, как мы уже разобрались, никого массово еще не завозят. Во-вторых, как руководитель бизнеса, через который проходят тысячи разных работников со всех уголков страны, и у которого есть много знакомых менеджеров в других бизнесах, я могу утверждать, что никакого предвзятого отношения к ВПО нет. Максимум – могут попросить ответить, чей Крым, и кто начал войну. А те единичные случаи, когда не нанимают на работу из-за места рождения, свидетельствуют лишь о нездоровости, недальновидности и негативных перспективах таких отдельных бизнесов.
Соответственно ВПО получают те же предложения работы, что и все. Их (предложений) – уже миллионы. Для того, чтобы убедиться в этом, достаточно зайти на всем известные сайты поиска работы.
Конечно государство может захотеть простимулировать найм ВПО, предоставив льготы работодателям или оплачивая жилье для самих ВПО. Правда, таким образом государство создаст менее выгодные условия для большого количества людей с других территорий Украины, которые живут за пределами своих родных населенных пунктов, например, по экономическим или личным причинам – миллионы людей приезжают в Киев, Львов, Одессу и другие крупные города Украины, арендуя там жилье, но они под программу для ВПО не попадут. Опять же, в ситуации, когда в стране более 10 лет наблюдается нарастающий дефицит рабочей силы, о каких стимулах для работодателя может идти речь, если этот работодатель крайне нуждается в людях для своего бизнеса? Зачем государству предоставлять ему льготы, если для него счастьем будет просто закрыть свои вакансии и обеспечить функционирование бизнес-процессов без сбоев?
Главная проблема рынка труда — не трудовые мигранты
По моему мнению, проблема украинского рынка труда не в ВПО и не в мигрантах. Главная проблема сейчас – дефицит мужчин. Частично он вызван тем, что сотни тысяч мужчин защищают Украину в рядах ВСУ. Но объективно больше рынок потерял от нелегальной эмиграции (побега) мужчин за границу и вследствие укрытия от мобилизации. Независимо от того, идет ли речь о ВПО или нет, подавляющее большинство мужчин призывного возраста, которые не имеют «брони», не хотят становиться на учет в центры занятости и не хотят официально трудоустраиваться на работу, потому что информация о них сразу будет попадать в ТЦК. Вследствие этого рынок «почернел». И что бы сейчас уже ни делали с процессом мобилизации, до завершения войны с РФ ситуация не улучшится, потому что слишком глубоко в общественном мнении укоренилось представление о том, что «в ТЦК – нехорошие люди» и «воюют бедные, а богатые откупаются».
Поэтому «гражданские» мужчины, которые остались в Украине, продолжат скрываться. Работодателям и государству в целом стоит думать о том, как сделать традиционно мужские профессии доступными для женщин. Конечно, о работе в шахтах речь не идет, но рынок уже знает не одну историю о женщинах-водителях штабелеров, женщинах-водителях грузовиков, женщинах-грузчицах, женщинах-комплектовщицах, женщинах-курьерах и т.д. Для реализации таких кейсов недостаточно просто открыть вакансию «для женщин», тем более что гендерные предубеждения, в частности в процессе поиска и найма персонала, прямо запрещены нашим законодательством. Здесь речь должна идти об организации рабочих мест и процессов таким образом, чтобы такие работы физически и законно могли выполнять женщины: уменьшение максимального веса товара, организация рабочих мест в формате «товар к человеку», а не наоборот, применение техники в работах на производствах и складах, внедрение реального обучения для переквалификации, где это возможно, и много других решений, которые позволят активно привлекать женщин.
На сегодняшний день это объективно одно из немногих решений, которые могут улучшить ситуацию на рынке труда. А мигрантов, в частности и из Индии и Бангладеш, нам стоит начинать бояться тогда, когда наша экономика хотя бы начнет догонять другие беднейшие экономики Восточной Европы. То есть будет это нескоро.